Взамен я прошу Вашу милость даровать мне и моим наследникам те титулы и земли, которые Ваша милость сочтет достойной наградой за мои услуги короне Гвиннеда. Как представитель Вашей милости в Хелдоре я буду править от вашего имени, во имя справедливости и блага для всех народов Гвиннеда.
Когда герольд закончил речь, Сигер вынул меч из ножен, поцеловал его, потом опустился на колени и положил его на верхнюю ступень помоста рукоятью к трону. Склонив голову, он оставался на коленях, пока Синхил спрашивал совета у своего канцлера и Джебедии. Рыцари Сигера последовали примеру своего господина, и Синхил задумчиво их оглядывал.
— Как всегда хвастает, но как ты смотришь на это с военной точки зрения, — шепнул он. Джебедия едва заметно кивнул.
— Принять предложение — значит провести летнюю кампанию по крайней мере в Рэндалле, кроме того, остаются неясные детали, но само по себе предложение заманчиво. Совместными усилиями мы сможем удержать завоеванное им и укрепить восточную границу. Кроме того, у нас появится возможность испытать новую военную систему в летней кампании, а не перед лицом более серьезной угрозы.
— Так я и думал, — пробормотал Синхил. — Элистер?
Камбер тоже кивнул.
— Предложение действительно превосходно, Государь. Несмотря на всю внешнюю мишуру, в нем нет ничего худого. Если Сигер дает слово, значит, чтобы ни случилось, он с вами. Думаю, в ваших владениях не так много вассалов, подобных Сигеру Истмаркскому.
Кивнув, Синхил выпрямился на троне, дал Джебедии подняться, потом встал сам, обвел взглядом опустившихся на колени рыцарей Сигера и задержался на самом графе. Тот флегматично изучал ступени королевского помоста.
— Милорд Сигер, — произнес Синхил, и его голос донесся до самых дальних уголков залы, — мы тронуты этим благородным предложением и намерены принять его на указанных условиях. Но прошу вас, возьмите меч. От вас не требуется никаких клятв и уж тем более сдачи оружия. Теперь мы должны оговорить детали вашего предложения.
Сигер уже было взялся за меч, как просил Синхил, но заколебался и встал.
— Ваше Величество, — произнес он искательным тоном, который трудно было ожидать от такого большого и могучего человека. — Я не хочу осложнять наши отношения так сразу… — По рядам рыцарей Синхила пронесся шепот, — Прошу вас, позвольте мне связать себя клятвой.
Рыцари отреагировали общим вздохом.
— Я согласен, что необходимы дальнейшие переговоры, — продолжал Сигер, — но ваша помощь теперь очень нужна в Хелдоре. Я бы не хотел из-за формальностей потерять время. Слова Синхила Халдейна будет достаточно, чтобы скрепить союз.
Последние слова вызвали ропот одобрения, и Синхил подозвал Камбера. Канцлер видел, что король доволен и скорее всего предвидел такой итог переговоров, втайне от всех рассчитал… Возможно, они недооценивают Синхила.
— Милорд епископ, вы готовы засвидетельствовать клятву Сигера, раз он того желает?
Поклонившись, Камбер подозвал молодого помощника диакона, державшего украшенное драгоценными камнями евангелие.
— Я готов, Государь.
Кивнув, король снова повернулся к графу.
— Сигер, граф Истмаркский, вы можете приблизиться к нам. Милорд маршал, подайте, пожалуйста, его меч.
Пока Сигер медленно всходил по ступеням, наконец-то сняв капюшон, Джебедия подошел сзади и взял его меч. Опустившись на колени, Сигер простер руки к монарху, сложив ладони. Синхил сжал запястья графа и устремил взгляд в его карие глаза, а Джебедия опустился на одно колено с мечом Сигера в руках.
— Я, Сигер, предаюсь тебе душой и телом, — тихо, но твердо сказал стоящий на коленях мужчина. — Верой и правдой обязуюсь служить тебе до самой смерти, и да поможет мне Бог.
С этими словами он наклонился и коснулся лбом соединенных рук.
Синхил, до глубины души растроганный этим жестом, вздохнул, успокаиваясь, прежде чем ответить.
— Принимаю твою клятву, Сигер Истмаркский, и со своей стороны обещаю защиту тебе и твоим людям от всякого, насколько это будет в моей власти. Даю слово Синхила Донала Ифора Халдейна, короля Гвиннеда и Хелдора, властелина Имры, Мурина и Перпл-Марча, господина Истмарка. Да помажет мне Бог.
С этими словами Синхил выпустил руки Сигера и наклонился, чтобы поцеловать евангелие, с поклоном протянутое ему Камбером. Затем книга была поднесена Сигеру, который благоговейно коснулся ее губами. Камбер убрал евангелие, Синхил принял у Джебедии меч и поднял его острием вверх, знаком оставляя графа на коленях.
— Сигер Истмаркский, — сказал Синхил, — в знак клятв, которыми мы только что обменялись, я верну тебе твой меч, но не раньше, чем он станет символом наших уз.
Он искусно опустил меч на правое плечо Сигера, Краска удовольствия залила лицо графа, и, поняв, что делал Синхил, он опустил голову.
— Сигер Истмаркский, я подтверждаю твои нынешние звания и титулы… — Он переложил меч на левое плечо — Утверждаю, что большее еще впереди.
Он слегка коснулся мечом головы Сигера, потом положил его на раскрытые ладони и преподнес графу. Тот принял оружие с поклоном, поцеловал его и со звоном вложил в ножны…
По этому звуку зал разразился шумными приветствиями, король поднял графа Сигера Истмаркского и повел к своим знатнейшим вассалам — его новым товарищам.
ГЛАВА XXI
Делая добро, да не унываем; ибо в свое время пожнем, если не ослабеем.[44]
Союз, заключенный с Сигером, изменил планы Синхила на лето. Вместо того, чтобы оставаться в Валорете и продолжать реформы, король во главе войск отправился в Хелдор вместе с Сигером и Джебедией, со все возрастающим интересом наблюдая, как эти два способных военачальника понемногу отвоевывают и закрепляют свою власть на тех землях, что раньше были отданы вождю Истмарка лишь номинально.
Канцлера своего король оставил в столице, помогать королеве Меган, правившей в его отсутствие, и готовить новое судебное уложение, которое Синхил намеревался вынести на обсуждение Зимнего Совета. Райс с Джоремом также оставались в Валорете, причем первый неотлучно находился при королеве, а второй — на службе канцлера-епископа.
Поразмыслив, небольшую часть войска под руководством графов Финтана и Тамаррона Синхил отослал охранять границу между Истмарком и Торентом, дабы отбить у торентцев охоту ко враждебным вылазкам. Разумный ход: даже если Нимур Торентский прежде замышлял недоброе, вместе со своими выкупленными из плена рыцарями, теперь он успокоился. Так что на новой восточной границе Гвиннеда с лета 906 года воцарился мир, хотя Синхил и не мог с уверенностью утверждать, что это случилось благодаря его действиям.
На севере войска Синхила почти не встречали сопротивления. Большая часть хелдорцев прошлой осенью приняли Сигера как освободителя, а теперь приветствовали полулегендарного короля Синхила, словно доброго друга. Сложнее оказалось в Рэндалле, поскольку в этой гористой местности было легко укрыться остаткам разбитой армии Фестилов, совершавшим вылазки против гвиннеддев. Однако к концу августа своего убежища у двух озер лишились последние в Хелдоре Фестилы — племянник и племянница убитого Термода в конце концов сдали свою крепость в Рорау.
Синхил не позволил казнить этих совсем еще детей, хотя Сигер так и горел желанием, а Джебедия советовал. Но он не мог и отпустить их, чтобы в будущем не было еще одной угрозы трону. Пока хватало и опасности со стороны Торента. Синхил неохотно передал подростков под опеку старшего сына Сигера Эвана, которого объявил владельцем Рэндалла. До конца своих дней Фестилы находились у Эвана в почетном плену — участь, безусловно, безрадостная, но это был предел королевского милосердия.
Объединение земель было завершено к исходу летней кампании. Рорик, средний сын Сигера, так отличился в боях, что получил большую часть бывших владений своего отца в Истмарке. Младший сын графа, тоже Сигер, был наделен графством Марли, севернее прежних границ Истмарка, потому что и он обнаружил немалую храбрость и преданность. Сам Синхил был в восторге оттого, что у него на службе три сына Сигера, он и мечтать не мог о таких надежных и могущественных союзниках, способных водворить порядок в его владениях.
Наибольшие почести достались самому Сигеру: впервые в истории Гвиннеда ему жаловался титул герцога и право последнего владения землями Клейборн — новое герцогство получило название по имени главного города в северо-западной части Хелдора. Герцог Сигер становился наместником короля в Хелдишских владениях. Должность предоставлялась и всем потомкам герцога Клейборнского, покуда род его не прервется. Рэндалл, управляемый теперь Эваном, добавлялся к титулу клейборнских герцогов. При жизни герцога Рэндалл был во власти его старшего сына, фактически являясь самостоятельным графством. После смерти Сигера Эван становился герцогом Клейборнским и графом Рэндаллским, объединяя земли и титулы окончательно. Словом, к концу дета у Сигера появились немалые поводы порадоваться.
